В Кыргызстане часто говорят о том, что религиозная ситуация вызывает опасения. Этого же мнения придерживается и известный публицист, писатель Мирзохалим Каримов.

По словам человека, который в 1990-х переехал из Таджикистана в Кыргызстан и принял кыргызское гражданство, некоторые признаки, проявляющиеся в жизни кыргызского общества сегодня, были характерны для соседней республики, Таджикистана, накануне гражданской войны.

«Азаттык»: Вы родились в Таджикистане, там выросли. Но позже переехали в Кыргызстан, получили тут гражданство. Если сравнивать с прошлым, как вы живете здесь и сейчас?

Каримов: Слава Аллаху, все хорошо. Никаких претензий у меня нет.

«Азаттык»: То есть вы рады, что переехали сюда?

Каримов: Очень. Хоть и таджик по национальности, но я писатель, писал на кыргызском языке. Кыргызстан считаю своей родиной. Так как папа у меня таджик, а мама кыргызка, то кыргызов я называю своими таяке (дядя по материнской линии. – Прим. ред.). Получается, вам, кыргызам, я прихожусь племянником. И вот с таким настроем я жил, писал книги, теперь вот вышел на заслуженный отдых.

После окончания здесь Кыргызского национального университета решил поехать на родину и работать там. По приезду в Таджикистан четыре года работал в газете, которая выходила на кыргызском и таджикском языках. Но редакционный формат, как выяснилось, отдаляет тебя от творческой среды и самого творчества. Несмотря на то, что до сегодняшнего дня я выпустил около 20 книг, есть вещи, которые я не до сих пор не постиг. Таким образом, меня сюда привела жажда творчества. Во-вторых, идеологическая составляющая общественной жизни в Таджикистане ухудшилась задолго до политического кризиса 90-х.

«Выступающий против религии опасен»

«Азаттык»: Как вы оцениваете нынешнюю ситуацию в Таджикистане?

Каримов: Ситуация сейчас там, слава Аллаху, хорошая. А ведь в свое время из-за идеологических споров и недопонимания началась война, которая длилась 5 лет и унесла жизни почти 60 тысяч человек. И сейчас люди там испытывают трудности, пытаясь наладить экономику и восстановить то, что порушили своими руками.

«Азаттык»: Перейдем к Кыргызстану. Какую оценку вы дали бы сегодняшней религиозной ситуации и политике государства в этой области?

Каримов: Если вспомнить ситуацию, которая была в Таджикистане перед началом того самого политического кризиса, то сейчас в Кыргызстане я наблюдаю некоторые схожие вещи. Кажется, будто что-то прямо скопировали оттуда. Возникает чувство, что появились некоторые явления, наблюдавшиеся до начала гражданской войны в Таджикистане. У каждого события ведь есть предпосылки, которые в итоге и приводят к таким результатам. Не дай бог, конечно, чтобы случился некий взрыв, но эти вещи надо вовремя предотвращать.

Государство должно бороться не с религией, а с религиозным фанатизмом. А иногда кажется, что государство, борясь с религиозным фанатизмом, борется против религии.

«Азаттык»: Что конкретно вы имеете в виду, говоря о «некоторых проявлениях»?

Каримов: Ну, например, согласно Конституции, Кыргызстан – светское государство, где каждому гражданину гарантирована свобода вероисповедания. Но такое чувство, что дав свободу, забыли об ответственности. Государство и религия должны договориться между собой. Государство должно бороться не с религией, а с религиозным фанатизмом. А иногда кажется, что государство, борясь с религиозным фанатизмом, борется против религии.

Эти вещи есть и в религиозной среде. Например, писателей, журналистов вроде меня сразу принимают за человека, далекого от религии. Но это не так. Я считаю себя человеком, в котором сочетаются как светское, так и религиозное воспитание.

Если послушать некоторых религиозных деятелей, можно подумать что те, кто, как и мы, не читает намаз, не держит орозо (мусульманский религиозный пост. – Ред.) или курит, считается капыром — неверным. Вот такие взгляды считаются фанатичными. Но ведь фанатики не с неба падают. Поэтому тут государство должно взять на себя ответственность.

«Религия не борется за бразды правления»

«Азаттык»: Точнее, вы считаете, что нынешняя ситуация в Кыргызстане схожа с той, которая имела место в Таджикистане до гражданской войны?

Каримов: Приведу примеры. Допустим, в Таджикистане за 4 года до гражданской войны был закрыт театр оперы и балета — под предлогом того, что женщины не должны танцевать на сцене раздетыми. Война ведь была не между представителями разных национальностей. Война была между таджиком-коммунистом и таджиком-молдо. А некоторые политики и идеологи, преследуя свои цели, поддержали религиозных деятелей, перешли на их сторону.

«Азаттык»: У нас тоже можно увидеть такие вещи. Например, некоторые политики в погоне за политическими очками привлекают на свою сторону молдо.

Каримов: Если о таком говорить открыто, тебя, оказывается, начинают преследовать. Я прекрасно вижу, кто и за что выступает. Среди них вполне могут оказаться те, кто хочет государство из светского превратить в религиозное. Равиль Гайнуддин уже много лет является муфтием мусульман в России. У русских есть свои христианско-православные лидеры. Почему они разу не выступали с намерениями идти в политику, стать президентом или депутатом?

Потому что они осознают свою священную миссию, возложенную религией. Святая обязанность религии — не борьба за рычаги правления во власти, ее основополагающим принципом является воспитание для общества и государства высоконравственного гражданина. Там, где религия начинает политизироваться, страдает и государство, и сама религиозная сфера. В Таджикистане ведь произошло именно это.

Может быть и так, что в одной-единственной мечети на все село неграмотный молдо может воспитать 20 фанатиков.

​«Азаттык»: У нас в последнее время часто говорят, что количество мечетей стало превышать число школ. У вас эта ситуация вызывает опасения?

Каримов: Что скрывать, и меня это настораживает. Но если умело сочетать светскость и религию, воспитывая в таком ключе, по мне хоть пусть 4 тысячи мечетей будет. Меня пугает не их количество. Может быть и так, что в одной-единственной мечети на все село неграмотный (зловредный. — попр. Extranews.kg) молдо может воспитать 20 фанатиков.

«Не будем манкуртами»

«Азаттык»: У нас предстоят президентские выборы. В прошлые годы партии и политические лидеры, которые сделали акцент на религии, нашли покровительство в ней заработали неплохие очки. В этом есть схожесть с Таджикистаном?

Каримов: Этот момент там был очень хорошо использован. Ходили в мечети и открыто говорили имамам, что, мол, «будет от нас, свой президент, голосуйте за него». Ну, а имамы уже в свою очередь доводили это до общины.

В этом есть и вина государства. Государство ведь начинается с села. Вот съездите в село и посмотрите на здания сельских управ. Их состояние оставляет желать лучшего. А рядом стоит добротно построенная мечеть. И в таком прекрасном здании религиозные деятели ведут свою пропаганду, воспитывают, поэтому их так высоко ценят. А что делают главы сельских управ? Некоторые из них не вникают в политику. Не могут собрать народ и стать проводником государственной политики. Это нарушает равновесие. Значимость религиозных лидеров, деятелей становится выше, чем светских руководителей.

«Азаттык»: Поговорим о внешней поддержке религии. Многие зарубежные фонды оказывают поддержку нашим религиозным организациям, а иногда и политикам. Такое в Таджикистане наблюдалось? В данном вопросе вы видите какие-то параллели между двумя государствами?

Каримов: Поддержка войны не бывает только внутри страны. И в идеологическом, и в экономическом плане содействие идет извне. Делается это все скрытно, поэтому многое простому глазу не видно.

«Азаттык»: Нельзя не затронуть и тему соперничества между религиозными деятелями и национал-патриотами. Сейчас вместе с ростом национального самосознания наблюдается и исламизация общества.

Каримов: Есть два вида национализма. Упаси нас Аллах от национализма, замешанного на крови. Но есть такая вещь как почитание национальных и государственных ценностей. Это хорошее проявление. Как говорил Чингиз Айтматов, нельзя забывать свои национальные ценности и становиться манкуртами. Надо знать свой язык, историю, традиционную культуру, доставшуюся от предков, не отрываться от своих корней.

У кыргызов есть гумбез Манаса. Почему наши граждане раз в году не ездят в Талас, чтобы посетить его? Со всего мира приезжают, но почему кыргызы не едут? Идеология ведь начинается с этого. Если не делать этого, тогда другие идеологические течения тебя уведут в разные стороны. И в этом есть вина государства, которое не может сформировать такую идеологию.

Источник: Кыргызская служба РСЕ-РС (радио «Азаттык»